Дзугаев Георгий Хасакоевич
Просмотры 245

Что ж, сегодня, в день Победы, предлагаю вам несколько соображений о своём поколении. Кое-что высказывал и раньше, но сейчас постараюсь изложить основное.

Моё поколение – с вашего позволения, мы – сыновья и дочери поколения победителей Великой Войны. Моя взрослость началась тогда, когда я понял, что мой отец – ветеран той войны, победитель.

Моё поколение
Дзугаев Георгий

Он был политруком, в боях под Киевом был ранен и попал в плен, приказом по вермахту подлежал безусловному уничтожению, но повезло – никто не выдал. Из плена бежал, отвоевал в штурмовом батальоне, где после третьего боя в живых оставалось менее десятой части бойцов, но опять повезло – не погиб, дослужил и вернулся домой.

Очень хорошо помню друзей отца – фронтовиков. Сейчас понимаю, что это были сверхлюди. Им была присуща непоказная гордость за одержанную ими Победу, она придавала им непоколебимое душевное спокойствие, уверенность в себе, достоинство. Они были доброжелательны и приветливы.

Моё поколение
Моё поколение

И они сумели воспитать следующее поколение – своих детей. Нас.

Мы осознали себя наследниками победителей в старших классах школы, некоторые уже на первом-втором курсах ЮОГПИ. Иногда рассказывали друг другу о своих отцах. Смотрели фильмы и читали книги о Великой Войне, видели своих отцов-ветеранов в выходных костюмах при полном параде в праздничных колоннах на Театральной площади Цхинвала.

В армию я пошёл служить не потому, что призвали: наоборот, я был освобождён от призыва, как сельский учитель. Но отец воевал, и я считал само собой разумеющимся отдать и свой воинский долг стране и народу, как и все мои сверстники. Кстати, после учебки мог попасть на службу в Афганистан, но начальники решили отправить меня на испытания военной техники в Среднюю Азию. Уже тогда я подумывал о том, что и у нашего поколения (у меня самого) может случиться своя война – или расширение афганской, или что-то новое, другое. И уже тогда там, в армии, я начал догадываться о том, что в Великой Войне победили не только наши отцы-победители, но в некоем метафизическом смысле победили и их отцы и деды, таковыми их вырастившие, и мы победили тоже – их дети и внуки, ради будущего которых они сражались. Мы победили все вместе – те, кто жил до них, они, и те, кто живут и будут жить после них.

Моё поколение училось в советских школах, техникумах, училищах и вузах, и потому получило лучшее в мире образование. У нас сформировали полный кругозор, отличные навыки рационального мышления; мы непрерывно читали лучшие в мире книги, и шедевры музыкального, изобразительного и всякого другого искусства воспринимали естественно, как само собой разумеющийся уровень творческого мастерства.

Столь же естественно мы были интернационалистами, тем более у нас здесь, в Цхинвале, где моё поколение выросло среди народа-семьи, где национальность принималась к сведению, но не являлась акцентированной характеристикой человека. Армянин ты, грузин, еврей, русский, осетин – ты сначала будь человеком, это подразумевалось в жизни Цхинвала и всего огромного СССР.

Моё поколение было телесно здоровым поколением, потому что Родина кормила нас натуральной пищей, поила чистой водой и натуральными соками, и строго следила за нашим здоровьем, бесплатно вылечивая от любых болезней. Мы были подтянуты, энергичны и жизнерадостны и уверены в своём завтрашнем дне.

Война подступила к нам, откуда не ждали – со стороны Грузии. Когда СССР начал слабеть, и пошла раскачка в грузино-осетинских отношениях, моё поколение сначала не сразу сориентировалось; в 1988 – 1989 годах мы скорее с растущим недоумением и раздражением смотрели на то, что происходило в Грузии, но в 1990 году большинство в моём поколении осознало опасность. Более того, спасительным инстинктом самосохранения мы в общем-то поняли, что дело может дойти, и скорее всего, дойдёт до стрельбы. Поэтому, вполуха прислушиваясь к пламенным речам тогдашних говорунов-политиков, мы в разговорах между собой вели речь о том, что надо быть ко всему готовыми и, следовательно, вооружаться.

В 1990 году, по возращении из аспирантуры, мне попалось на глаза одно отцовское стихотворение, и я его дважды перечитал. Вот оно:

СИДТ

Цы фестут, нæ хъайтар, цæхæрцæст фæсивæд,

Нæ амондджын бæстæм æрбабырыд калм!

Цъæх арт ныл æндзары, нæ фæллой ыссивы,

Æгад нын куы кæны нæ дзыллæйы фарн.

Æтт, мардзæ, цæй, размæ, æхсарджын хæстонтæ,

Уæ кæрдтæ уæ къухы ыскалæнт цæхæр!

Æрбалвасут тохмæ уæ хъал бæхты рохтæ,

Нæ райгуырæн бæсты куы бахъуыди сæр!

         Оно было прислано в областную газету и там же опубликовано в первые недели войны. Вскоре после того, как я его прочитал, а точнее, 6 января 1991 года, в грузино-осетинском конфликте началась вооружённая борьба: они попытались захватить Цхинвал, и начали в нас стрелять на городских улицах.

         Вот в этом моменте моего повествования прошу читателей правильно  меня понять. Я не мог не взять в руки оружие. Хотя, конечно, как всякий вменяемый человек, не хотел этих крайностей. Взяв свою двустволку-«вертикалку» 12-го калибра, вечером шестого января я отправился к своим друзьям, к лесокомбинату. А что бы вы сделали на моём месте?

         Подчёркиваю, что нет у меня здесь никакого героизма, это именно что обычное решение, так же поступили сначала сотни, а затем и тысячи мужчин моего поколения. Защищать свою семью, свой народ, свою в данном случае малую родину Осетию от нападения – это само собой разумеющийся долг любого нормального мужчины. Да и женщины тоже.

         Моё поколение выстояло в той войне, 1991 – 1992 годов, потеряв убитыми приблизительно тысячу человек, и около двух с половиной тысяч ранеными и искалеченными. При этом не думайте, что самое трудное были боестолкновения: нет, война многомерна, и в пикетах (как мы их тогда называли) порой бывало легче, чем в других делах.

         И в ходе той первой нашей войны, и после неё в моём поколении интенсивно обсуждался вопрос о том, как относиться к тем, кто не воевал. Коллективным умом нашего – напоминаю, культурного и образованного –  поколения было выработано единственно правильное решение: разбираться в каждом конкретном случае. Если человек честно сказал, что воевать не может, но поможет так, как это в его силах – и действительно помог, поддержал, то какой тут может быть упрёк? Если кто-то выехал из Южной Осетии, по жизненным обстоятельствам отсутствовал, но, например, активно участвовал в информационной борьбе, беженцам помогал, сюда по мере возможностей присылал продовольствие, одежду, боеприпасы – спасибо, дай Бог тебе здоровья, никаких проблем. Если кто вернулся сюда, к нам, после длительного отсутствия, и проявляет себя положительно, т.е. с людьми старается жить в нормальных взаимоуважительных отношениях, на работе, в том числе на руководящих должностях, показывает результат во благо народа, то ты – наш человек, мы со своей стороны тебя беспроблемно примем и поддержим.

Подхожу, как вы понимаете, к морально нелёгкому вопросу: что делать с теми, кто живя здесь, старательно и тщательно уклонялся не то что от участие в боевых действиях – вообще от соприкосновения с отрядами самообороны, ни словом не пикнул против грузинского национал-экстремизма, старался так себе тихохонько жить-поживать? Да ничего с ними делать не надо. И даже косо на них смотреть нет смысла – ну живут они вот так, и пусть живут себе, тащатся по обочине жизни.

         Есть, однако, одна категория сограждан, о которой тоже нельзя не сказать, хоть и неприятно это: это те, кто заботливо уберёг себя от участия в какой бы то ни было борьбе, но хотят заполучить общественное признание, должности в госаппарате, и потому к нам, участвовавшим (не только тем, кто воевал, но в широком смысле – всем, кто так или иначе противодействовал агрессии против нас) относятся как к помехам, препятствиям для своего жизненного успеха, часто с высокомерием, да и с презрением: ведь они умные, понимаете?

А мы, встрявшие в эти дела, поглупее них получаемся. Особенно те, кто взял в руки оружие – ну дураки же, не так ли?

При этом люди такого толка отлично понимают, что мы, участвовавшие (и тем более в вооружённой борьбе), для них самим фактом своего существования являемся живым приговором их человеческой никчёмности и подлости; и потому они, как правило, в глубине души относятся к нам неприязненно (иные просто с ненавистью), стараясь задвинуть нас, участвовавших, на задворки жизни. А самим, глядишь, занять наше место в истории. Увы, да – в моём поколении есть и такое явление. В известном смысле оно тоже закономерно: где появляются Хубулов Валера (Хубул), Газзаев Вадим (Герсаныч), Кочиев Григорий (Гри), Джиоев Алан (Парпат), Кабисов Ацамаз (Аца) и т.д., с неизбежностью появляются и их антиподы.

Моё поколение

При этом участвовавшие часто оказываются беззащитны перед нескрываемым хамством «умников». Такого рода эпизодов мне приходилось видеть немало; и меня тоже недавно прилюдно, с весьма острыми эмоциями спросили именно таки в указанном контексте: «А кто ты такой?!..» На такой вопрос мне, как вы понимаете, и ответить-то нечего. Ну считай себе для успокоения души, что я никто.

То есть что я стараюсь пояснить? На личностные разборки вестись, конечно, не надо, это и неприлично, и бессмысленно по существу. Но когда речь заходит об общественном явлении, то тут как-то реагировать надо, иначе мы в два счёта останемся без героев, и вообще без моральных авторитетов, и станем серой человекообразной массой, с которой вот эти самые «умники» будут делать, что захотят. Кстати, у нас и на должностях, надо полагать, было и есть несколько весьма отчётливых таких «умников». Посмотрите сами повнимательнее, уважаемые коллеги, подумайте…

А я тем временем продолжу о своём поколении, и предлагаю к размышлению утверждение о том, что нам удалось передать эстафету, полученную от наших отцов-победителей, следующему после нас поколению. На мой взгляд, бесспорным и очевидным тому доказательством является августовская война 2008 года. Не в обиду молодёжи будь сказано, но я же видел процессы разложения в молодёжной среде и в 90-х, и в 2000-х годах. Но 8 августа 2008 года у нас нашлось достаточно молодых мужчин, оказавшихся способными в уличных боях сломить волю грузинских подразделений и выбить их из Цхинвала. Они, эти герои – достойные наследники нашего поколения, всё более уходящего в историю, как моё поколение стало достойными наследниками героев Великой Войны.

И в этом новом поколении всё тот же вопрос: что делать с теми, кто не участвовал или, тем более, бежал, а сейчас хочет сесть на шею участвовавшим? Ответ тот же самый, что и для нашего поколения, тем же методом.

Завершаю эссе о своём поколении напоминанием о проблеме, которую моё поколение решить всё ещё не смогло: о воссоединении нашей разорванной, расчленённой Осетии в единое целое в составе России.

Видит Бог, моё поколение приложило к этому все силы и старания. Мы провозгласили Республику Южная Осетия; мы её защитили-отвоевали; мы её создали, отстроив госструктуры в необходимом объёме; и мы привели её к признанию Россией. Моему поколению есть чем гордиться. Здесь, в Южной Осетии, мы совершили нечто невозможное по обычным военно-политическим меркам.

Но воссоединить Осетию мы пока не сумели.

Сможем ли ещё? Склоняюсь к мысли, что возможно, моё поколение не успеет это сделать. Судя по всему, решить эту жизненно важную задачу придётся поколению, идущему за нами.

Тех, кто с подозрительной настойчивостью пытается сбить с толку молодёжь, используя мираж «Государства Алании», считаю своим долгом предостеречь: хватит уже. Дезориентированная вами часть молодёжи, разобравшись, что к чему, вам этого не простит. Необходимость единства Осетии в составе России всё глубже осознаётся и укореняется в мировоззрении лучшей, авангардной молодёжной страты, представители которой уже поднялись до публичной политической борьбы за воссоединение. Могу назвать вам некоторые их имена: Лазаров В.С., Кодоев М.И., Джелиев Х.А., Дзугутов Х.В., Томаев А.В., Бутаев С.Х., Хубежев С.А., Тумаев Т.Х., Плиев В.В., Плиев А.В., Калоев С.Х., Голоев В.В., Зассеев Д.И., Кодзаев А.О., Кусраев Г.В., Пухов А.А., Тедеев А.О., Дудаев И.М., Асатуров Д.Т., Левченко В.В., Цховребов А.Т., Габараев В., Сиукаев С.В., Кудзиев А.Л., Дудаев И.М., Хугаев А.Л., Хуриев З.А., Хубежов Г.Н, Дудаев Г.Г., Марзоев С.М., Михайлик А.Г., Давыдов А.С., Корнаев Т., Сиукаев А.Э., Дряев В.Ю., Газаев А.Г., Ельджаров А.Г., Туркалов Д.Е., Сидаков П.Р., Дзигоев З.Л., Тедеев А.С., Хугаев Г.С., Цховребов Д.Х., Саккаев А.С., Теблоев Ф.О., Дряев А.А., Макиев Р.И., Тедеев А.Ф., Калоев Т.А., Джиоев А.Т., Хубаев Т.О., Макоев О.Э., Козаев А.П., Багаев З.О., Торчинов Д.А., Хугаев Ю.Г., Таймазов О.С., Макиев Р.А., Макиев А.А., Сугарова А.А., Кердикоева С.Н., Дзусова Ф.Б., Кочиев А.И.

Это участники СВО, подписавшие 23 октября 2023 года письмо Путину о воссоединении Осетии в составе России. Это решительные люди, знающие на собственном, приобретённом на украинском фронте, уникальном жизненном опыте, что такое жизнь и смерть, что такое Родина, свобода, дружба и верность. Честь вам и слава!

Моё поколение доверяет вам, надеется на вас, и благословляет вас на новые исторические свершения нашего народа.

Уастырджи — уе´мбал! Ирæттæ, размæ!

                                                         Коста Дзугаев, 9 мая 2024 года

Моё поколение

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *